Если вам не жалко себя, подумайте о других, хотя бы о маме
Сюжет этого рассказа в жанре фэнтези подсказал реальный случай: в Верхнем Уфалее молодой человек под воздействием спайса спрыгнул с крыши родного дома. Он остался парализованным инвалидом до конца жизни.
Nike Air Max Plus TNSneakers Store | Nike nike max breathe 3.1 white yellow shoes Pixel Desert Sand - GrailifyАндрей Марьин, студент, 19 лет, только что попробовал спайс: «Ух ты! Ничего себе! Кто это такой переливается мыльным пузырем? А глаза стрекозьи. Трещит чего-то. Это ж он говорит! Блин, это Костя! Привет, брат! Ты чо такой муравёл-стрекозел? Ахаха! Чешется, мать твою, спина чешется! Крылья прорезаются? Точняк, крылья! Давай, попробуем летать, давай! Оооооо! Воздух, воздух! Гляди, у всех крылья есть, а я не видел раньше. Давай, потренируемся. О! О! О-го-го! Нормально получается. Где тут выход в небо, выход в космос! Я полетел!»
* * *
Расшифровка фонограммы экстренного совещания судьбоносного совета хранителей, состоявшегося в секторе растянутого времени, соответствующего периоду от 19 час. 17 мин. 14 с до 19 час. 17 мин. 15 с. 18 июля 2015 года.
Председатель: «Внимание! Открываю экстренное совещание хранителей! На повестке дня один вопрос: компенсация последствий употребления хранимым Андреем Марьиным спайсов. Господа хранители, успокойтесь! Хранитель Андрея, докладывайте.
Хранитель Андрея Марьина: «Господин председатель, коллеги! Как вам известно, если хранимый употребил спайс или другое сильнодействующее вещество, мы уже не можем его защитить. Вплоть до выведения вещества из организма хранимого им управляют наши конкуренты, искусители. Я допустил ряд промахов, которые привели к тому, что мой хранимый Андрей попал под влияние Константина Терещенко, находящегося под властью своего искусителя. Он употребил спайс, вообразил себя гигантской стрекозой, ощутил способность к полету и выбросился из окна квартиры, расположенной на пятом этаже».
Шум в зале, выкрики с мест: «Куда смотрел!», «Лишить лицензии!», «В шею таких гнать!».
Председатель: «Прошу прощения, коллеги! Халатность выступающего обсудим позже, пока решим более важные вопросы! Хоть мы с вами и находимся в секторе растянутого времени, но все же растянуть надолго те мгновения, за которые хранимый Андрей достигнет поверхности асфальта, нам не удастся. Поэтому давайте работать напряженно».
Хранитель Андрея Марьина: «Спасибо, господин председатель. Итак, поступок моего подопечного приведет к изменениям в судьбах многих людей. Прежде всего, это, конечно, мать Андрея, хранимая Лидия Марьина. Она растила сына одна, отец известен, но интереса к сыну и судьбе первой жены не проявляет. У Лидии проблемы с сердечно-сосудистой системой. В любом случае — останется Андрей инвалидом или погибнет — у нее будет инсульт, ее парализует, ухаживать за ней некому, а через полгода она умрет. Эти полгода она будет в полном сознании.
После общего молчания, хранитель Лидии Марьиной: «Если инсульт неизбежен, предлагаю для хранимой Лидии скорый смертельный исход. И нельзя ли что-нибудь сделать, чтобы это произошло еще до того, как она узнает о трагедии с сыном?»
Председатель: Кто за это предложение, господа хранители? Так, так... Большинством голосов. Хранитель Лидии Марьиной, продумайте обстоятельства гибели подопечной и постарайтесь, чтобы она не страдала. Можете немедленно покинуть совещание и приступить к исполнению. Хранитель Андрея, продолжайте».
Хранитель Андрея: «Андрею Марьину было предначертано через пять дней встретить хранимую Наталью Летягину, свою будущую жену. У них должно было родиться трое детей, один из которых должен был стать выдающимся изобретателем и обеспечить старость родителей. Сейчас же перспективы Натальи — выйти замуж за соседа по подъезду. У них родится одна дочь, у девочки будет врожденное заболевание, в возрасте 5 лет умрет. Отец бросит семью, когда дочери будет 1 год 2 месяца, вскоре сопьется. Больше Наталья замуж не выйдет и... тоже возможен алкоголизм».
Председатель: «Какие будут предложения?»
Хранитель Алексея Ступачева: «У меня подопечный Алексей с неопределенной судьбой: пьяный за рулем сбил его подругу, будущую жену. Он в депрессии. Может, с ним свести?»
Председатель: «Господин прогнозист, прикиньте последствия...»
Хранитель-прогнозист: «Прогноз относительно благоприятный, но детей у них не будет».
Председатель: «Других предложений нет? Ну что ж, голосуем. Кто за то, чтобы не вмешиваться и допустить брак Натальи с соседом? Понятно. Кто за то, чтобы вмешаться и свести Наталью с предлагаемым хранимым? Так, большинством голосов принимается второй вариант. Хранители Алексея и Натальи, можете быть свободны, приступайте к ликвидации последствий. Хранитель Андрея, продолжайте...»
Хранитель Андрея: «Андрей Марьин через 7 лет должен был стать предпринимателем, средний бизнес, 150 работников с хорошей заработной платой. Теперь же, если доверять расчетам нашего прогнозиста, 32 хранимых должны будут в течение разного периода оставаться безработными, у 49 зарплата будет ниже предполагаемой, они не смогут вовремя заключить брак, у них родится меньше детей, некоторые не смогут рассчитаться по кредитам и приобрести жилье. У остальных прогноз судьбы относительно благоприятный».
Председатель: Хранители, чьи подопечные попадают в сферу критических изменений, до наступления последствий катастрофического события еще есть время, у кого сколько, но не менее семи лет. Создайте рабочую группу и примите меры по снижению причиненного вреда. Понимаю, что полностью устранить его не удастся, но... Судьба Андрея сейчас нам неподвластна, ее мы узнаем буквально через мгновение после выхода из сектора растянутого времени. Господа, объявляю наше совещание закрытым».
* * *
Андрей Марьин: «Лечу, лечу! Надо бы выше, чё-то не получается... Выше! Ах ты, мелом расчерчен асфальт на квадратики, крестики-нолики прыгают тут... Зачем свет гасите? Не надо! Я не хочу! Я не...».
* * *
Возле тела на асфальте собралась небольшая толпа.
— Господи, это ж Андрюшка Марьин из соседнего дома!
— Кровищи-то сколько! Скорую вызвал кто-нибудь?
— А вон она, едет уже... Как это — не сюда?
— С ума сойти! Лидия Федоровна — это мать его? Представляете, скорая-то к ней приехала, вон, в тяжелом состоянии в больницу повезли. Говорят, до утра не доживет. А еще говорят, у нее инсульт сделался как раз в тот момент, когда сын разбился, хотя она ничего и не знала об этом. Слава богу, и не узнает...
— Девушка, вы уронили сумочку?
— Да, спасибо...
— Вам плохо? Не смотрите туда, пойдемте отсюда. Как вас зовут? Наташа? А меня Алексей. Ну, не переживайте так, вот, ешьте шоколад, говорят, от него улучшается настроение...
Алена ПАНКРАТОВА









